|
|
|
Евгений Гимельфарб
МОИ РЕЖИССЁРСКИЕ УНИВЕРСИТЕТЫ
Часть первая. ОТЕЦ.
Нисколько не преувеличивая, могу сказать: 'Я родился в театре кукол'. Для моего отца был домом Одесский театр кукол, поэтому наша мама, и я с сестрой проживали жизнь от прихода отца из театра, до его ухода в театр. Особенно напряжёнными были периоды, когда отец репетировал новый спектакль. С приближением выпуска нового спектакля жизнь в семье становилась такой, как в тылу врага. Мы - мама и я с сестрой - затихали, затаивались. Отец приходил поздно в состоянии вернувшегося с линии фронта. Никто ни о чём его не расспрашивал, все всё понимали без слов. Но день сдачи спектакля был для нас своеобразным Днём Победы. Я торжествовал больше всех, по праву младшего, и радость моя всегда была оправдана впечатлениями от спектаклей. Сейчас я осознаю, что именно этими впечатлениями я и был воспитан. Пройдя большой путь режиссёра театра кукол, я точно знаю, что отец обладал незаурядным художественным чутьём. Его лучшие спектакли были, и остаются для меня эталоном искусства в широчайшем смысле этого слова. В спектаклях отца сцена обретала смысл магического пространства. Очевидно, отец знал что делать, чтобы возникал момент искусства. Собственно говоря, закон един - гармония, т.е. соответствие частей. Но где тот орган, который определяет это соответствие? Талант, вкус, эрудиция, опыт - оказывается, что всего этого мало. Разгадывая практический опыт отца, я пришёл к понятию: 'художественное чутьё'. Можно ли пересказать спектакли? Вряд ли. Но рассказать процесс создания
и спектаклей, да и самого театра, пожалуй, можно. Итак, с любовью, но и с предельной для себя в, данной ситуации, мерой объективности, обращаюсь к памяти о своём отце, как о художнике и человеке. Рождение художественного замысла - тайна, в которую не дано проникнуть никому. Сам
| 
| |
| художник путается в обстоятельствах и мотивах возникновения художественной идеи. Но в искусстве существуют законы механики, причём они своеобразны в каждом виде искусства: мастерская живописца имеет свою архитектуру и свои запахи, кабинет писателя - свои, и творческую кухню композитора не спутать с другими. Театр начинается с вешалки только для зрите-лей, а для режиссёра театр начинается с актёров. Кто, как не они, будет воплощать его режиссёрский замысел. Да, именно труппа и есть основной, движущий механизм театра, и этот механизм должен быть отлажен, как часы.
Труппа Одесского театра кукол в первые послевоенные годы - это сплочённый целеустремлённый организм с высокими художественными критериями. Я сужу об этом по атмосфере на репетициях и на спектаклях. В 1948 году мне было шесть лет, мы жили во дворе театра. Целыми днями я находился в театре, где я привык ощущать себя невидимкой. Взрослые работали сосредоточенно, мне не хотелось им мешать, и я пользовался тем, что они меня не замечают.
Возникла необходимость объясниться по поводу кажущегося противоречия: что же такое театральная труппа - механизм, или организм. Это и то, и другое, и в этом особенность театральной кухни. Краски художника сохнут и мёрзнут, музыкальные инструменты тоже реагируют на влажность и температуру, но в остальном их 'психика' достаточно устойчива. Актёры - это краски, звуки, ритм, художественная атмосфера, мысль спектакля, воссозданные режиссёром по образу его же режиссёрского замысла, но, кроме всего названного, они ещё и люди. Я назову их поимённо и постараюсь корректно охарактеризовать.
| | Продолжение >>>
| | |
| |
|
